Генезис оппозиции. Часть 4
Парадоксы демократии и «затишье перед бурей»: как казахстанская оппозиция перешла свой Рубикон в 2010 году
Мы продолжаем наш экскурс в историю становления, развития и борьбы казахстанской политической оппозиции. Период c 2010 по 2012 годы вошёл в новейшую политическую историю страны как «последний рубеж легальности и Жанаозенскийразлом». Это было время активного, но зачастую хаотичного противостояния через прессу и разрозненные политические акции.
Но сегодня наш фокус исключительно на 2010 годе. Для протестного лагеря Казахстана он стал настоящим водоразделом — годом абсурдных контрастов, кризиса жанра и последнего всплеска организованной партийной борьбы внутри страны.
Успехи Акорды на фоне оппозиционного тупика
На внешней арене в 2010 году Акорда праздновала значительный и заметный дипломатический успех. Казахстан стал председателем Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ).
Ситуация выглядела парадоксально: Казахстан, подвергавшийся международной критике за ограничения политических свобод, возглавил организацию, для которой соблюдение прав человека и демократических принципов является одним из ключевых направлений деятельности.
Внутри же страны этот год стал периодом отчаянных, а порой и откровенно курьёзных попыток казахстанской оппозиции напомнить о себе на фоне «бронзовеющей» власти. Чем именно ознаменовался 2010-й?
Миллион подписей против мажилиса и правительства
В июле 2010 года Общенациональная социал-демократическая партия (ОСДП) «Азат» громко объявила об успешном сборе 1 миллиона подписей за роспуск нижней палаты парламента и отставку правительства Карима Масимова, которое оппозиционеры называли «марионеточным».
Цифра была настолько грандиозной, что вызвала едкую критику не только со стороны власти, но и у соратников по протестному лагерю. Эксперты и журналисты открыто задавали вопросы: как в условиях 2010 года (а ведь тогда еще не было развитых цифровых баз данных и инструментов ЭЦП– Ред.) оппозиционная структура могла физически собрать, обработать и верифицировать такое огромное количество «живых» подписей?
В прессе эту акцию даже называли политическим блефом, подчеркивая, что миллион автографов – это не юридически подтверждённый факт, а скорее попытка выдать желаемое за действительное.
Чем же закончилась эта история? Абсолютно ничем. Собранные ОСДП «Азат» коробки с листами так и остались не более чем политическим перформансом. В законодательстве Казахстана попросту не существовало правового механизма, который бы обязывал президента распустить парламент или правительство на основании сбора подписей граждан.
Администрация президента и Центризбирком проигнорировали эту акцию, и грандиозная кампания растворилась в воздухе, не приведя ни к каким юридическим последствиям.
Статус «Лидера нации» (Елбасы): капитуляция перед автократией
Говоря о 2010 годе, категорически невозможно обойти стороной событие, нанёсшее самый тяжёлый удар по надеждам демократических сил. В мае-июне депутаты парламента в турборежиме приняли поправки, наделяющие Нурсултана Назарбаева беспрецедентным статусом «Лидер нации» (Елбасы).
Этот документ гарантировал ему и членам его семьи пожизненную неприкосновенность от арестов, допросов и конфискации имущества, а также закреплял за ним право влиять на внутреннюю и внешнюю политику страны даже после ухода в отставку.
Оппозиционный лагерь попытался оказать сопротивление. Лидеры ОСДП «Азат» и незарегистрированной партии «Алга!» публично называли это прямым путем к диктатуре и монархии, призывая главу государства наложить вето на законопроект.
Однако Акорда применила изящный юридический маневр: президент публично отказался подписывать закон, сославшись на свою скромность, но при этом и не наложил на него вето. По истечении месяца, согласно Конституции, документ вступил в силу автоматически.
Неспособность оппозиции мобилизовать общество и вывести людей на улицы против этого закона окончательно убедила власть в том, что организованного политического сопротивления внутри страны можно больше не опасаться.
«Яичная атака» на Владимира Козлова
Главным «ньюсмейкером» 2010 года среди оппозиционеров стал, хоть и не по своей воле, лидер незарегистрированной партии «Алга!» Владимир Козлов. 22 октября он публично заявил о намерении баллотироваться в президенты на предстоящих выборах. Это решение спровоцировало настоящую бурю и показало глубокий раскол даже в рядах самих «несогласных».
Спустя всего несколько дней, 27 октября, прямо во время пресс-конференции в Национальном пресс-клубе в Алматы произошел скандал. Активисты национал-патриотического движения «Желтоксан» забросали Козлова яйцами в знак протеста против того, что потенциальный кандидат в президенты не владеет в должной мере государственным языком.
Как сообщали телеканалы, яичный обстрел продолжался несколько минут и сопровождался криками, а когда яйца закончились, в ход пошли бутылки с минеральной водой.
Этот инцидент ярко продемонстрировал уязвимость оппозиции перед национальным вопросом.
Позже Козлов отказался от участия в президентской гонке, объяснив своё решение недостаточным уровнем владения казахским языком и нехваткой времени на подготовку к обязательному лингвистическому экзамену.
Кризис самоидентификации: оппозиция как «клуб по интересам»
Уже к осени 2010 года экспертное сообщество открыто констатировало тупик политического сопротивления. 30 сентября в Алматы на площадке Клуба Института политических решений (КИПР) прошёл круглый стол с весьма говорящим названием: «Современная казахстанская оппозиция: реальная альтернатива или виртуальные проекты?».
На этом мероприятии, где выступали такие деятели,как генеральный секретарь ОСДП «Азат» Амиржан Косанов и ведущие политологи страны, обсуждались раздробленность оппозиционных партий, отсутствие устойчивой социальной базы, слабая работу с населением и недостаток новых политических идей.
При этом эксперты отмечали и сильные стороны оппозиции, включая известность отдельных лидеров, организационный потенциал и международные связи.
Дискуссия показала, что даже внутри политического и экспертного сообщества не существовало единого представления о перспективах оппозиционного движения.
Информационная война
На фоне ослабления партийной оппозиции всё более заметную роль в противостоянии с властью стали играть независимые и оппозиционные СМИ. Причем одним из их главных финансовых спонсоров считался бывший председатель совета директоров «БТА Банка» Мухтар Аблязов, покинувший Казахстан в 2009 году.
С его именем связывали газету «Республика», её интернет-ресурсы и спутниковый телеканал К+. И речь шла не только об обвинениях казахстанских властей. В докладе международной правозащитной организации Freedom House за 2012 год прямо указывалось, что Аблязов финансировал К+. Однако сами эти СМИ всё отрицали.
В 2010 году оппозиционные издания активно публиковали расследования, компромат и критические материалы о высших должностных лицах страны. В отличие от политических партий, возможности которых ограничивались внутренней борьбой и публичными акциями, медиа могли распространять информацию и из-за рубежа.
Таким образом, противостояние власти и оппозиции всё заметнее перемещалось в информационное пространство.
Конец года: попытка отменить выборы
Под занавес 2010 года, в декабре, провластные силы нанесли оппозиции ещё один нокаутирующий удар. В Усть-Каменогорске была спешно собрана инициативная группа, предложившая провести общенациональный референдум о продлении полномочий Нурсултана Назарбаева до 2020 года без проведения президентских выборов.
И хотя в начале 2011 года от этой идеи всё же отказались в пользу досрочных выборов, весь конец 2010 года оппозиция провела в состоянии фрустрации, отчаянно и безуспешно пытаясь протестовать против отмены базовых электоральных процедур.
Резюме 2010 года: точка невозврата
Для Казахстана 2010-й стал классическим «затишьем перед бурей». Уличные акции сменялись кабинетными обсуждениями, а громкие заявления (вроде миллиона подписей или президентских амбиций без достаточного знания казахского языка) разбивались о суровую реальность и политическую апатию общества.
Однако именно в этот период недооценённое социальное напряжение как будто выпало из поля зрения системной оппозиции. Пока партийные лидеры заседали за круглыми столами в Алматы, на западе страны начали вспыхивать первые локальные трудовые конфликты (например, забастовка работников «СНПС-Актобемунайгаз» летом 2010 года).
Власть поняла, что оппонентов в пиджаках можно не бояться, но фатально недооценила тлеющий рабочий протест.
Сама история неумолимо двигалась к 2011 году – времени многомесячной стачки нефтяников и трагедии в Жанаозене, которая навсегда изменит политический ландшафт государства.
История развития и борьбы казахстанской политической оппозиции будет продолжена далее. В пятой части нашего экскурса мы подробно разберем трагические события 2011 года и их фатальные последствия для гражданского общества.
Автор Сергей Козлов
Подписывайтесь на https://t.me/politprosvet_kz
