«Откуда деньги на часы?»: глава «Самрук-Казына» Нурлан Жакупов
48-летний Нурлан Жакупов руководит Фондом национального благосостояния «Самрук-Казына» с апреля 2023 года. Это его «третье пришествие» в квазигоссектор: ранее он успел поработать на управляющих должностях в горнорудной компании «Тау-Кен Самрук» и «КазАтомПроме». В целом, выпускник МГИМО и кандидат экономических наук сделал внушительную карьеру. В разное время он работал в ENRC (ныне ERG), Credit Suisse, Royal Bank of Scotland, СПК «Астана», был представителем Rothschild & Co – финансово-холдинговой компании, которая контролируется французской и английской ветвями семьи Ротшильдов и работает в 40 странах мира.
В рамках так называемого спин-оффа проекта «Откуда деньги на часы?» мы попробовали оценить эффективность Нурлана Каршаговича как топ-менеджера в квазигоссекторе, а также узнать, как руководство Фондом национального благосостояния отразилось на его собственном благосостоянии. Оказалось, что с приходом в «Самрук-Казына» он существенно потерял в доходе: судя по опубликованным декларациям, до 2023 года его дополнительные доходы, подлежащие налогообложению самостоятельно, составляли более 400 млн тенге в год, а сейчас – в два раза меньше.
Насколько Жакупов эффективен как топ-менеджер
Чтобы оценить управленческие кондиции нашего героя, мы изучили финансовые показатели фонда, представленные в отчётностях последних лет.
Чистая прибыль. Если с 2021 по 2023 год размер чистой прибыли не превышал 2,3 трлн тенге, в 2024 и 2025 годах он взлетел до 3,3 трлн тенге и 3,2 трлн тенге, соответственно.
EBITDA margin. Рентабельность по EBITDA показывает процент от выручки, сохраняемый компанией до уплаты налогов, процентов по кредитам и амортизации.
Чем выше рентабельность по EBITDA, тем выше эффективность компании. В 2015-2018 годах показатель фонда менялся в диапазоне 17,1-18,6%; с 2019 по 2023 год диапазон сдвинулся вверх до значений 21,8-24,4%. В 2024 и 2025 годах EBITDA margin достигла стабильных 30%.
ROA. Рентабельность активов (Return on assets) оценивает эффективность использования активов. ROA выше 5% обычно считается хорошей, а более 20% – отличной. Низкий показатель указывает на неэффективность. Здесь тенденция к росту наметилась ещё до прихода Жакупова. Если в 2016 году ROA равнялась 2,6%, в 2018-м достигла 5%, то в 2024-м – уже более 8%. В 2025 году показатель зафиксировался на уровне 7,26%.
Также мы хотели бы оценить и ROACE (Return on average capital employed), который иллюстрирует прибыль, получаемую компанией от каждого тенге своего среднего задействованного капитала (1% означает 1 тиын прибыли). Но в отчётах «Самрук-Казына» мы нашли информацию о показателе только за четыре года, с 2017-го по 2020-й, то есть до прихода Нурлана Жакупова, позже показатель по каким-то причинам не публиковался.
В целом, финансовые показатели указывают на то, что при Жакупове ФНБ демонстрирует неплохую динамику роста. Однако, как показывает практика, вопросы к эффективности работы компании всё равно остаются – например, у госаудиторов.
Проверки и неэффективные проекты
В 2025 году Агентство по защите и развитию конкуренции (АЗРК) сообщило об увеличении доли неконкурентных закупок фонда «Самрук-Казына». С 2021 по 2024 год объём его закупок из одного источника вырос с 14 до 60%. Важно, что повышение показателя наблюдалось на фоне сокращения количества таких закупок в госсекторе в целом – с 39% до 23% за тот же период.
Примерно тогда же квазигоскомпаниями, в том числе фондом «Самрук-Казына», заинтересовалась Высшая аудиторская палата. Глава ВАП Алихан Смаилов анонсировал проверку, чтобы в том числе выяснить, за что себе выписывали премии топ-менеджеры. В итоге аудит ВАП установил финансовые нарушения на 351,8 млн тенге, неэффективное планирование и использование средств на 122,2 млрд тенге, а также 119 системных недостатков. В пресс-релизе ВАП упоминала, что несколько материалов передали для возбуждения административного производства, а по отдельным фактам – в правоохранительные органы. Но касаются ли возможные нарушения вопросов премирования, не указывалось. На официальный запрос Informburo.kz палата ответила, что итоги аудита относятся к документам для служебного пользования и подробностями о переданных для расследования материалах делиться не стала.
О неэффективном планировании и использовании средств говорилось и в заключении ВАП к отчёту правительства об исполнении республиканского бюджета за 2024 год. В документе сообщалось: с 2020 года по 30 сентября 2024-го группой фонда из 175 проектов завершено всего 49 (28%), а низкорентабельные и бесперспективные инвестпроекты на конец года стоили фонду 125,8 млрд тенге. Среди дорогостоящих проектов, отменённых или приостановленных в 2023 году (когда «Самруком» управлял уже Нурлан Жакупов), есть два крупных: Ерейментауская ветряная электростанция (ВЭС) и химический комплекс в Таразе.
Проект расширения ВЭС «Ерейментау-1» в Акмолинской области был отменён в декабре 2023 года, по состоянию на конец 2024-го на него было потрачено 158,1 млн тенге. Закрытию проекта предшествовала судебная тяжба с подрядчиком и признание его ненадёжным поставщиком (мы рассказывали об этом в материале «Проектная дыра фонда «Самрук-Казына»).
Проект таразского химкомплекса по производству глифосата, трёххлористого фосфора, каустической соды и хлора (ТОО «ХИМ-плюс») запускался с трудом. В 2018 году его приостанавливали «до привлечения стратегического партнёра», в 2019 году часть мощностей комплекса всё же запустили. Однако уже в 2021-м производство гербицидов вновь остановили из-за роста цен на сырьё, в 2023 году вновь был простой (не распродали прошлогоднюю продукцию). Впоследствии деятельность химкомплекса так и осталась убыточной. На конец 2024 года на ТОО «ХИМ-плюс» было потрачено 19,9 млрд тенге. В 2025 году половину проекта выставили на торги за 1,9 млрд тенге, но покупателей не нашлось, и в сентябре 2026 года правительство повторно включило ТОО «ХИМ-плюс» в перечень организаций, предлагаемых к передаче в конкурентную среду.
Доходы и бизнесмены в семье
К концу 2025 года госорганы начали публиковать декларации о доходах крупных госуправленцев, была опубликована и декларация Нурлана Жакупова. Она охватывает период с 2022 по 2024 год. Из декларации следует, что в 2022 году, до вступления в должность главы «Самрук-Казына», Жакупов получил 422 млн тенге в качестве дохода, подлежащего налогообложению физлицом самостоятельно (это дополнительные доходы, с которых не были уплачены налоги работодателем, – дивиденды, доход от продажи ценных бумаг, рента за недвижимость и т.д.). С приходом в «Самрук-Казына» этот его заработок сократился вдвое: в 2023 году составил 186,5 млн тенге, в 2024 году – 197,3 млн тенге. На чём конкретно дополнительно зарабатывает Нурлан Каршагович, неизвестно, так как декларации наших чиновников крайне лаконичны и не информативны.
Размер официальной зарплаты руководителя фонда публично не сообщался. Более того, с 2023 года в отчётах «Самрук-Казына» не указываются суммы вознаграждений правления и совета директоров, а только общая сумма вознаграждений всех топ-менеджеров холдинга и его «дочек». В 2023-2025 годах она составляла 7,6 млрд тенге ежегодно.
Что касается бизнеса, то Нурлан Жакупов не числится владельцем каких-либо компаний. В актуальных списках аффилированных лиц фигурируют только его мать, Марья Жакупова (1950 г.р.), и 22-летний сын Абай Каршага. На них никакие бизнес-активы также не записаны.
В публичных реестрах есть информация об отце топ-менеджера, Каршаге Жакупове, бывшем начальнике технического управления Министерства связи и экс-гендиректоре центра радиофикации АО «Казахтелеком». По данным pk.adata.kz, его уже нет в живых, но по документам он продолжает числиться соучредителем ТОО «Центр радиофикации Алматы», занимающегося обслуживанием радиоточек и обеспечением проводного радиовещания. Второй учредитель ТОО – телекоммуникационная компания Icon, которой владеют Айдана Байтасова (дочь бизнесмена Арманжана Байтасова) и Юрий Ким. Согласно pk.adata.kz, с 2015 года «Центр радиофикации Алматы» уплатил 333,2 млн тенге в виде налогов и прочих обязательных платежей.
Подписаться на @Shishkin_like
